Вы здесь

Роль резервного размаха движений

При классификации видов спорта по отношению к функции суставов мы выделили целую группу таких спортивных дисциплин, где размах движений не превышает уровня, свойственного «среднему» человеку. Этот вывод подтверждается анализом кинограмм легкоатлетического бега на средние и длинные дистанции, различных лыжных ходов, педалирования у велосипедистов, движений гребцов-«академиков». Хотя в числе других компонентов мастерства «удельный вес» высокого размаха движений в этих видах спорта заведомо ниже, чем в остальных, считать их полностью индифферентными по отношению к гибкости и исключать соответствующие разделы тренировки было бы ошибочным.

Попытаемся показать это на примере лыжных гонок.

Кадры кинограмм свидетельствуют, что у представителей лыжной элиты в момент бега максимальный размах движений составляет: в сгибании плеча — 123°, в разгибании плеча — 49°; в сгибании бедра — 96°, в разгибании бедра — 0°; в сгибании стопы — 23°, в разгибании стопы — 28°.

Это заметно ниже, чем предельный размах этих движений у не занимающихся спортом. Значения вышеприведенных углов характерны для горизонтальных участков трассы в начале дистанции. Именно в таких условиях и анализируется техника бега большинством автором. Влияние утомления, а также рельефа трассы остается, как правило, в тени.

Индивидуальные особенности строения тазобедренного сустава и их значение для специализации в лыжном спорте

Между тем оба фактора, очевидно, не могут не оказывать влияния на технику бега.

Для проверки этого предположения совместно с А. Дроздовым, С. Тимофеевым и Н. Серебряковым мы провели следующий эксперимент. Для гонки была выбрана умеренно пересеченная трасса длиной в 10 км, включающая на 5-м километре 400-метровый подъем крутизной в 7—15°. Перед подъемом и сразу после него имелись горизонтальные участки, где лыжня была проложена по дуге радиусом 20 м. На этих участках у каждого гонщика, идущего попеременным двухшажным ходом, производилась киносъемка трех беговых циклов. Оператор находился в центре дуги, что минимизировало ракурсные искажения. Сразу же после съемки и по окончании дистанции в стандартных условиях, по нашей методике, позволяющей производить измерения почти мгновенно, фиксировался тонус прямой мышцы бедра в ее средней трети. При расшифровке кинограмм размах движений ног измерялся по величине угла между бедром и вертикалью, проведенной через тазобедренный сустав.

Обследованию подверглись 26 спортсменов 1 разряда. Результаты экспериментасвидетельствуютотом, что интенсивная работа на подъеме существенно повлияла на размах движений и тонус мышц гонщиков. Если бедро опорной ноги до подъема составляло с вертикалью угол 45,11 то сразу же после него угол уменьшился до 38,21°. Угол бедра ноги, завершившей отталкивание, уменьшился с 50,97° до 37,18°. Соответствующим образом повысилась стойка лыжника. Тонус прямой мышцы бедра перед подъемом составлял в среднем 38,3 ед., после подъема — 48,7 ед. В конце дистанции, несмотря на возросшее утомление, он вновь снизился до 38,6 ед.



Описанные изменения свидетельствуют о том, что на фоне общего утомления гонщика локальное утомление мышц бедра, усиленно работающих на подъемах, приводит к снижению размаха рабочих движений и, как следствие этого — к снижению скорости бега. Повышение тонуса мышц-антагонистов препятствует эффективной работе агонистов в оптимальном диапазоне. Характерно, что в большей мере (на 13,79°) уменьшается разгибание бедра, которое в конце отталкивания приближается к анатомическому пределу. Кроме того, в завершающей фазе разгибания гонщику приходится преодолевать пассивное сопротивление крупных мышц передней поверхности бедра, упругость которых вместе с повышением тонуса значительно возрастает.

Тем не менее упражнения на гибкость, на растягивание мышц, как правило, занимают весьма скромное место в арсенале тренировочных средств лыжников-гонщиков. Во многих пособиях и руководствах упражнения для развития гибкости даже не упоминаются. Хотя можно утверждать, что при возросшей конкуренции и наметившейся нивелировке достижений сильнейших спортсменов, когдадостоин-ство медали определяют секунды и даже доли секунды, лыжник, владеющий определенным запасом размаха движения, «собрал» бы на подъемах трассы не один десяток секунд.

Указанная закономерность относится и к некоторым легкоатлетическим дисциплинам — в частности, к бегу на длинные дистанции и спортивной ходьбе. Утомление снижает размах рабочих движений. Бегун и ходок на отдельных участках дистанции начинают совершать лишнюю работу, компенсируя недостаток эластичности собственных мышц.

Выполнение движения на пределе размаха отрицательно влияет на его точность. Две группы футболистов (26 чел.) на кинематометре выполняли задание на точность сгибания выпрямленной ноги. Одна группа имела низкий размах активного сгибания ноги (в среднем 83,4°), другая — высокий (92,8°). Точка-ориентир находилась на уровне предела сгибания для первой группы. В повторных попытках футболисты первой группы воспроизвели задание с точностью 86,9%, а футболисты второй группы добились точности в 95,8%. Очевидно, эти игроки будут иметь преимущество в точности ударов по высоко летящему мячу.

Утвердившееся мнение о том, что высокая подвижность в суставах неизбежно сопровождается недостаточной их прочностью и надежностью, при научном подходе к анализу этого вопроса не выдерживает критики, поскольку основывается на тех случаях травматизма суставов, в которых истинная причина травмы остается не раскрытой. В связи с этим целесообразно после рассмотрения роли высокой подвижности в суставах для различных видов спорта проанализировать такое важное свойство, как надежность суставов.

Механизмы реализации надежности сустава весьма сложные. Они включают множество элементов, находящихся на различных ступенях иерархической лестницы функциональных систем человеческого организма. Многие из затронутых ниже вопросов еще весьма далеки от решения, хотя и поставлены десятки лет назад. Такое положение, на наш взгляд, сложилось благодаря механическому, сугубо анатомическому подходу к изучению суставов.

Исследование суставов как функциональных систем, несомненно, позволит получить новые данные — гораздо более ценные с точки зрения теории и практики.