Вы здесь

Жизнь с ВИЧ и СПИДом

Нарастающее число вирусоносителей и больных СПИДом в разных странах приводит к столь серьезным социальным последствиям, что возникает необходимость ставить вопрос о том, как жить больному и вирусоносителю и чем общество обязано им помочь. Проблеме века посвящаются и статьи, и специальные книги. Очень важна разъяснительная работа среди .инфицированных, где надо обращать внимание на правила их поведения, которые предотвращали бы заражение ими других людей, мобилизовывали их силы в борьбе с болезнью. Им необходима также психотерапевтическая помощь.

Когда человек узнает о том, что он инфицирован вирусом СПИДа или болен, у него часто наступает шок, сказывающийся в расстройствах как эмоциональной сферы, так и поведения. Разные люди реагируют по-разному. Некоторые не сразу осознают случившееся и сперва спокойны, однако через день-два начинают понимать трагичность своего положения. У других потрясение возникает тут же — при постановке диагноза. Реакция инфицированных непредсказуема. Одни могут приходить в состояние возбуждения, кричать, становиться агрессивными, другие — замкнутыми, неразговорчивыми. Обычное чувство — страх перед будущим. Как жить дальше? Информировать ли о диагнозе членов семьи, друзей, половых партнеров? Возрастает беспокойство не только за собственное здоровье, но и за здоровье детей, жены или мужа.

Нередко отмечается эмоциональная неустойчивость: беспричинный переход от слез к смеху (и наоборот), а также импульсивность действий без учета их последствий. У многих усиливается потребность в человеческих контактах, сочувствии, внимании.



Большое значение приобретает правильная информация инфицированных. Многие вирусоносители и больные в США недовольны качеством информации, которую они получают от медицинского персонала, и еще тем, что coответствующие сведения преподносятся с обилием не понятных им терминов. В результате они выписываются домой или остаются в госпитале, не избавившись от стресса. Между тем корректная информация для них жизненно важна. Больной и вирусоноситель должны знать, как себя вести, как относиться к семье, супругам, друзьям, любовникам, можно ли продолжать работу и так далее. Они должны чувствовать доверие к медперсоналу.

Несмотря на то что инфицированным уже в первые часы и дни после объявления диагноза нередко хочется • поделиться с кем-нибудь этой новостью, желательно, чтобы они какое-то время были сдержанны. Потому что вирусоносители или больные попервоначалу чрезвычайно остро осознают свое положение и очень расстраиваются, увидев, что лица, которым они доверились, шарахаются от них либо отвечают равнодушием. Даже старые друзья начинают избегать их, бояться всяческих соприкосновений, поцелуев, еды и питья из общей посуды. В результате инфицированные могут оказаться в изоляции, без работы и, следовательно, без денег. Но и в том случае, если они сохранят работу, подозрительность коллег порождает у них стресс, тяжелое расстройство, провоцирует попытки к самоубийству.

О своем диагнозе надо прежде всего сообщить медицинским работникам, для которых обслуживание больного связано с определенным риском, прежде всего хирургам и зубным врачам, если это абсолютно необходимо. Больной должен быть уверен, что его тайна останется тайной, не выйдет за стены тех лечебных учреждений, где он лечится. Медицинские работники, нарушившие врачебную этику, подлежат строгим дисциплинарным взысканиям. Нередко больные не хотят, чтобы сведения об их заболевании дошли до домашнего врача,— не ровен час тот проговорится остальным членам семьи.

Поскольку инфекция может передаваться от беременной матери новорожденному ребенку, необходимо сообщить о заболевании супругу. Но при этом иметь в виду, что разглашение такой информации способно серьезно повлиять на условия жизни инфицированной женщины.

Руководителям предприятий нужно знать, что вирусоносители и больные абсолютно безвредны для окружающих, что нет никакого риска в пользовании общими туалетами, столовыми, душами. К сожалению, на практике иначе: если коллеги и осознают безопасность для них вирусоноси-телей, их присутствие и взаимные контакты для многих нежелательны. В США некоторые инфицированные лица сами увольняются, потому что их служба *на предприятии часто наносит урон престижу фирмы или же потому, что их считают на работе гомо- или бисексуалами; инфицированные педагоги вынуждены покидать школу, так как родители учеников, заподозрив, что причина заражения — гомосексуализм, опасаются, что те примутся развращать их детей.

Между тем желательно, чтобы люди с ВИЧ-инфекцией продолжали подольше работать. И с точки зрения их материального положения, и с точки зрения того, что так легче добиться, чтобы изменения жизненных стандартов, приспособление к новым условиям не вызывали дополнительных стрессов, не усугубляли психическую травму, нанесенную грозным диагнозом. Решая вопрос о целесообразности продолжения работы, следует тщательно взвесить все «за» и «против». Преимущества здесь — гарантированная заработная плата, сохранение жизненной активности, привычных контактов с коллегами и друзьями, а отсюда чувство удовлетворения. С другой стороны, нельзя исключить, что будут нарастать боязнь не справиться со своими служебными обязанностями, сомнения относительно будущего, ощущение безысходности,— это во многом зависит от реакции коллег.

Очень важны, как говорилось, первые несколько дней после установления диагноза. Необходимо, чтобы инфицированный не чувствовал себя одиноким. Он крайне нуждается в консультации врача, помощи обществ милосердия, Красного Креста. Лица, остающиеся один на один с бедой, конечно, подвержены тяжелой депрессии. Внимание, забота врачей и общества тут неоценимы. Они должны быть ориентированы на возможность создания препаратов, способных вылечить больных или предупредить развитие заболевания у вирусоносителей.

Особое значение приобретает проблема сексуального поведения инфицированных. Им надлежит сообщить о своем диагнозе половому партнеру и убедить его перейти на безопасный секс. Разумеется, наилучший выход — полное воздержание, но в реальной жизни такое трудно достижимо. Вот почему безопасный секс становится в сложившихся условиях (наряду с отказом от применения общих игл у наркоманов) основной мерой, препятствующей распространению эпидемии. Вместе с тем эта проблема самая сложная для инфицированных, так как она не исчерпывается получением сексуального удовольствия, а ставит новые проблемы: возможности иметь детей, подтверждения своего социального статуса, общения с друзьями.

Практика показывает: далеко не все инфицированные прибегают к безопасному сексу. Это может быть обусловлено различными причинами. Скажем, многие серопозитив-ные лица не знают, что они инфицированы, а некоторые не решаются настаивать на безопасном сексе потому, что боятся быть отвергнутыми партнерами.

Проблема безопасного секса рассматривалась нами ранее. Однако в данном случае отдельные ее аспекты требуют уточнения. Например, применяя презервативы, необходимо иметь в виду не только далеко не стопроцентную гарантию их эффективности, но и иные детали. Так, не следует брать для смазывания минеральные масла (чаще — вазелиновое масло), поскольку они очень быстро растворяют презервативы. Нельзя использовать презерватив повторно. Во время полового акта надо проверять, не соскользнул ли он, и сразу же после эякуляции вынуть половой член, продолжая зажимать презерватив у его основания, так как сперма может попасть на слизистые половых путей партнера, если презерватив плохо держится.

Изложение этих подробностей не должно шокировать читателя: в эпоху СПИДа ханжество безнравственно, ибо от деталей интимной жизни сейчас зависят и жизнь и смерть.

Еще раз подчеркнем, что безопасный секс — это такие интимные отношения, которые «перекрывают» контакт крови, спермы и мочи инфицированных с поврежденными кожей и слизистыми оболочками партнера. Безопасный секс включает прежде всего мастурбацию (в том числе обоюдную), поцелуи (если нет нарушений целостности слизистых оболочек полости рта и языка), а также массаж и трение тела о тело.



Безопасный секс

Обсуждая проблему в своей книге «Жизнь с ВИЧ и СПИДом», Дэвид Миллер, главный психолог и сексолог госпиталя в Мидлсексе (Лондон), задает вопрос: как может секс возбуждать при наличии таких ограничений? Он считает, что это достигается практикой и сексуальными фантазиями, разжигающими партнеров. Однако для многих лиц сексуальные фантазии с партнером затруднительны, особенно со случайным. Значительно легче добиться удовлетворяющих обоих результатов при постоянной Связи, когда возникает чувство взаимного доверия. Миллер убеждает своих читателей в том, что не нужно опасаться мастурбации — она безвредна и избавляет от стрессов.

Какие еще предосторожности, кроме как в сексе, должен соблюдать вирусоноситель или больной?

Мы уже раньше говорили, что все виды обычных бытовых контактов (рукопожатия, пользование общим туалетом, ванной, столовой и т. д.) безопасны. Но это справедливо только при одном условии: если кровь инфицированных лиц не попадает на поврежденную кожу или слизистые оболочки других людей. Тем более в ситуации, когда инфицированный ранен и оказывается в лечебном учреждении, а также при различных хирургических операциях и посещении зубного врача. Повторим, что во всех подобных случаях инфицированный обязан сообщить о своем диагнозе врачу. Большой опасности подвергаются «колющиеся» наркоманы, если вводят себе наркотики одними и теми же иглами. Инфицированный должен избегать любых нарушений целостности кожи (иглоукалывание, татуировка, прокалывание мочки уха и т. д.). И конечно, абсолютно недопустимо, чтобы он был донором крови, продуктов крови, органов и спермы (при искусственном осеменении).

Отдельно надо сказать о детях школьного возраста. Школьники с ВИЧ в организме — чаще всего гемофилики, получающие лечебные факторы VIII или IX, а также дети, которым вирус перешел от матерей. До сих пор не описано доказанных примеров заражения СПИДом от детей в школе или при тесных (не сексуальных) контактах в семье. Потенциальная опасность возникает тогда, когда у детей ослаблен контроль за выделением секретов тела в результате нейрологических заболеваний, а также когда дети склонны к дракам и укусам. Здесь порой приходится прибегать к специальным предосторожностям.

Дети, инфицированные ВИЧ, как читатель уже знает, обладают повышенной чувствительностью к таким болезням, как корь, ветряная оспа, герпес. Заболевания могут протекать у них тяжелее, чем у обычных детей. Учителям следует иметь в виду, что вирусоносители нередко отстают в умственном развитии.

Здоровье инфицированных и дальнейший прогноз в значительной степени зависят от их поведения. Им особенно требуется здоровый образ жизни. Это касается прежде всего сна: нормальный сон восстанавливает силы, способствует большей сопротивляемости организма. Необходимо регулярно делать физическую зарядку, установить для себя соответствующий режим и стараться его выполнять. Если больной вынужден находиться в постели, он должен по нескольку минут ежедневно напрягать и расслаблять различные группы мышц. По мере улучшения состояния набор физических упражнений постепенно увеличивается. Это не только повышает мышечный тонус, но и сказывается на общем самочувствии, предотвращает развитие депрессии.

Далее. Здоровая полноценная диета. Свежие овощи и фрукты, свежее мясо. Пища, в которой достаточное количество углеводов, белков, витаминов, минеральных веществ, которая к тому же доставляет удовольствие. Не рекомендуется концентрированное молоко и молочные продукты, чтобы не заразиться сальмонеллезом — он у больных СПИДом протекает с тяжелыми осложнениями. Богаты белком и железом рыба, яйца, сыр, орехи, бобы. Из жиров можно применять растительное и сливочное масла, маргарин. Источник крахмала — хлеб, картофель, некоторые крупы.



Очень важно психическое состояние инфицированного. По данным Д. Миллера, сотни больных в США считают, что их заболевание еще не означает «конца всему». Существенное значение имеет их сознательное стремление к переоценке ценностей, поиску нового стиля жизни, который приносил бы удовлетворение.

Теперь о психологических аспектах. Питательная почва для депрессии — чувство неопределенности. Здоровые вирусоносители страшатся СПИДа, пытаются оценить его вероятность, выяснить, каким путем реально предотвратить или отдалить его возникновение. Что касается больных, то их волнует течение заболевания, возможность излечения.

От чувства неопределенности не свободны также врачи и сестры. Они стараются обнадежить больных тем, что в будущем им смогут помочь, и пытаются бороться с собственным ощущением безнадежности. Многих врачей США, лечащих больных СПИДом, охватывает депрессия, страх за свое здоровье.

Тревога и стресс проявляются в излишней возбудимости пациентов, нервозности, головных и мышечных болях, нарушениях зрения, частых отправлениях кишечника и мочевого пузыря, тошноте, потливости, острой реакции на прикосновения, температуру, яркое освещение. Они испытывают стеснение в груди, сухость во рту, бессонницу, физическую усталость. Отмечается временная утрата сексуальных желаний.

Тревога выражается по-разному. Больных беспокоит, в какой мере они опасны для окружающих, неспособность изменить условия жизни. Они боятся нежелательной реакции членов семьи и друзей на их заболевание. Они опасаются быть подвергнутыми остракизму. Их волнуют перспективы социальной и сексуальной активности, грядущая утрата физической и финансовой независимости.

Депрессию у больных можно снизить при помощи аутотренинга, бесед с психологами.

Таковы некоторые проблемы, встающие перед вирусоно-сителями и больными СПИДом.